Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Социальный навигатор

Приемное родительство глазами специалиста: без ужасов и без прикрас

© Фото : предоставлено фондом "Найди семью"Айгуль Крохина, психолог, ведущая ШПР Центра семейного устройства, Казань
Айгуль Крохина, психолог, ведущая ШПР Центра семейного устройства, Казань
Благотворительный фонд "Найди семью" развивает систему подготовки приемных родителей к усыновлению и помощи в адаптации ребенка в семье и обществе. О роли Школ приемных родителей и Центров семейного устройства в борьбе с сиротством рассказывает Айгуль Крохина, психолог, ведущая ШПР Центра семейного устройства Казани.

Елена Куликова ("Найди семью"), специально для "Жизни без преград"

Благотворительный фонд "Найди семью" развивает систему качественной подготовки приемных родителей к усыновлению и дальнейшей помощи в адаптации ребенка в семье и обществе. О том, какую важную роль Школы приемных родителей и Центры семейного устройства играют в борьбе с сиротством, рассказывает Айгуль Крохина, психолог, ведущая Школы приемных родителей Центра семейного устройства города Казани, работающая с детьми-сиротами более 8 лет, приемная мама.

Думала, что стать тренером Школы приемных родителей — это случайность. А оказалось, судьба

Я работала в детском доме Кировского района Казани педагогом-психологом. Это был хороший детский дом, у нас были занятия по арт-, музыкотерапии, была комната релаксации. И если работа с детьми мне была более или менее понятна, я знала, как облегчить их существование в сиротской системе, то как помочь приемным родителям, у которых возникали проблемы с детьми, я совсем не понимала. У меня просто не было информации, почему ребенок в семье ведет себя агрессивно, вдруг начинает воровать, убегает из дома. У меня были какие-то догадки, но только после курсов для тренеров ШПР я поняла, как можно справиться с возникающими проблемами. На курсы я попала, можно сказать, случайно. В 2012 году директор нашего детского дома поставила меня перед фактом: на базе детдома будет открыта ШПР, и психолого-педагогический блок должна буду вести я. К сожалению, в местном институте, где я прошла курсы повышения квалификации, мне не дали ничего, кроме свидетельства. Тогда я сама стала искать курсы для тренеров ШПР в Интернете и в итоге попала к Людмиле Петрановской. И вот тут я наконец получила у нее все, что так искала. После этого моя работа кардинально поменялась, и я сама стала относиться к ней совсем иначе. В результате сейчас я занимаюсь не только обучением потенциальных кандидатов в приемные родители, но и поддержкой и сопровождением тех, кто уже взял приемных детей. И я уверена, что именно такая работа приносит максимальную пользу детям-сиротам: помогает им сначала найти семью, а потом прижиться там, стать полноправными членами новых семей, получать радость от жизни дома и от ежедневного общения с родителями. Никакой самый хороший детский дом не заменит семьи.

Подобрать каждому ребенку родителей реально. Главное — понимать, что конкретно нужно делать

Чтобы ребенок "ушел" в семью из сиротского учреждения, нужно проделать очень большую, но совсем не заметную постороннему глазу работу. Сначала приемного родителя нужно обучить — так чтобы он, с одной стороны, понимал, какие проблемы его ожидают и как их решать, а с другой стороны — не опускал руки, настроился на то, что все преодолимо и все в конце концов получится. Это тонкая работа, а квалифицированных специалистов очень мало.

Например, к нам в Школу приходят будущие приемные родители со всего Татарстана, а это, помимо Казани, 18 районов. Всех их сюда на обучение направляют органы опеки. К нам выстраиваются очереди и, бывает, что  мы ведем параллельно до 4 групп.

Когда подходит очередь и люди начинают учиться, постепенно их восприятие собственных намерений усыновить ребенка очень сильно меняется. В процессе обучения мы объясняем родителям, что сначала приемное родительство — это большой и совсем не легкий труд. И занятия в ШПР строим таким образом, чтобы у родителей была возможность заранее принять проблемы приемных детей, научиться понимать, как сильно досталось их детям в "прошлой" жизни и воспринимать их проблемы именно как следствие тяжелейших травм. Мы как-то подсчитывали, что из тех, кто приходит на первое занятие, примерно 10% не заканчивают ШПР. Видимо, в какой-то момент они понимают, что им это не нужно, и очень хорошо, что такое понимание приходит на этапе обучения. Зато все остальные берут детей, причем очень разных.

О конкретных детях родители узнают от нас в ШПР. Мы рассказываем им о том, где можно найти детей. Естественно, многие, особенно поначалу, ориентируются на маленьких детей, но в процессе учебы понимают, что их ресурса хватит на большее. В итоге домой уезжают сложные подростки, а иногда и дети с ментальными нарушениями. И это прекрасный результат.

Детский дом может исчезнуть, нужны Центры семейного устройства

Вообще в нашей республике с семейным устройством детей-сирот в целом все неплохо. Например, детский дом, в котором я когда-то работала, ликвидирован: когда там осталось всего 4 ребенка, одну девочку забрала я, а троих передали в другие учреждения. На базе бывшего детского дома создали Центр содействия семейному устройству. Теперь здесь у нас не только готовят будущих приемных родителей, но и помогают состоявшимся. У нас работают системные семейные психологи, которые одновременно занимаются и с ребенком, и с его родителями. Специалистов и в этой области, конечно, катастрофически не хватает, поэтому мы стараемся их готовить и изыскиваем для этого самые разные возможности. Например, когда встал вопрос о том, что семьи нуждаются в поддержке, а психологов в деревнях, районах просто нет, я подумала о мечетях, которые есть везде, о том, что люди могли бы там получать поддержку. Так мы связались с духовным управлением мусульман и там организовали обучение для своих специалистов. И семьи стали получать не только религиозную поддержку, но и профессиональную психологическую помощь.

ШПР не зона риска для сироты, он должен получать там сочувствие, поддержку и помощь

Практически каждая приемная семья проходит испытание школой, где создаются все условия, чтобы ребенок почувствовал себя изгоем. Учителя его неудачи рассматривают будто под микроскопом, торопятся поделиться с родителями своими выводами: "Кого вы вообще взяли?". И родители начинают чувствовать себя неуверенными, виноватыми в том, что у ребенка что-то там не получается. Хотя этот ребенок такое пережил в жизни, что он просто не может беспроблемно учиться, но ни учителя, ни школьные психологи понятия не имеют о том, что такое сиротское учреждение, с какими травмами приходят оттуда дети, как правильно на таких детей реагировать и как им можно помочь. Проблему могли бы решить курсы для школьных психологов, которые мы и планируем открыть.

Риск возврата есть всегда, надо работать с потенциальным возвратом

Как ни печально, с возвратами мне приходилось иметь дело с первых дней работы в детском доме. К сожалению, к нам приходили родители уже тогда, когда все сумки были собраны, когда уже все закончилось, и помочь мы никак не могли. Сейчас просим сотрудников органов опеки при первых же признаках проблем с адаптацией ребенка в семье направлять приемных родителей к нам в Центр сопровождения, когда еще можно что-то исправить. Очень важно не доводить ситуацию до крайности, не ждать, когда родители эмоционально выгорят. Ведь зачастую родители терпят год, два, ждут, помощи не просят, одни думают, что сами справятся, другие не знают, к кому обратиться, ведь опека — это больше контролирующий орган, и часто приемные родители боятся услышать там: "Не справляетесь? Тогда лучше верните обратно."

Работа нашего Центра заключается в том, что мы принимаем родителей со всеми их сложностями и проблемами. Например, прошлым летом был случай, когда приемные родители пришли в опеку писать заявление о возврате ребенка со словами о том, что терпеть "абсолютно невозможно". Когда я спросила, сколько времени длится это "невозможно", мне ответили, что две недели. Естественно, в этом случае ситуацию можно исправить. Мы поработали с родителями, и ребенка удалось сохранить в семье.

В результате всех наших усилий в последнее время все-таки количество возвратов детей уменьшилось. За 2014 год к нам в Центр со всей Казани и из 18 регионов обратилось 5 семей. Трем семьям психологам удалось помочь, дети остались в семье. Конечно, очень жаль, что эффективность не стопроцентная, но это тоже результат.

И еще вот такое наблюдение: если родителя хорошо подготовить, то риск возврата все-таки сильно ниже. Например, пока никто из семей, прошедших обучение у нас в ШПР, ребенка не вернул, все справились с адаптацией. Конечно, не стоит делать поспешных выводов, наша ШПР работает чуть больше двух лет, но это уже большое достижение!

Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала